В конце октября диакон Бьёрн Хоконссон из Швеции посетил Таллинскую епархию. На протяжении многих лет Хоконссон занимался образованием и просветительской деятельностью по вопросам, связанным с сексуальным насилием, а в 2019 году был назначен ответственным по защите детей в Стокгольмской епархии. По образованию он психолог, и наш разговор был сосредоточен на психическом здоровье и нескольких темах, заставляющих задуматься: например, о том, как технологии не могут заменить человеческое общение и как Церковь может помочь людям в этот так называемый «век одиночества», предлагая им место, где они чувствуют заботу и любовь.
В начале нашей беседы мы обсуждали энциклику Папы Римского Льва XIV Magnificat Humanitas, опубликованную в мае этого года. Папа Римский поставил темы искусственного интеллекта и человечности в центр этой энциклики. Эта тема вызывает большой интерес у диакона Хоконссона. «В энциклике Папа Римский выражает свой скептицизм в отношении развития искусственного интеллекта. Языковые модели для искусственного интеллекта создают сами люди, но есть вещи, которые по своей природе являются человеческими и никогда не смогут быть воспроизведены». Действительно, если бы ИИ ограничивался лишь языковой программой, это было бы замечательно; однако искусственный интеллект никогда не заменит человека, человеческие эмоции, любовь и другие подобные явления.
Диакон Хоконссон добавляет, что языковые модели ИИ также не способны различать добро и зло; эта способность принадлежит исключительно человеку. Люди должны сами научиться различать их; машина не может предлагать выбор — и это, по сути, верно в любой области. Однако существует одна опасность: упомянутая выше языковая программа ИИ в своих выражениях становится все более похожей на человека. «Программы ИИ уже совсем скоро начнут вести себя так, как будто у них есть права, как будто у них есть чувства, как будто они расстроены, разочарованы, сердиты и так далее», — предупредил Хоконссон. «И это не имеет ничего общего с реальностью — хотя это и преподносится как реальность, — но влияет на нас, побуждая вести себя иначе.»
Он добавляет: «Мы все знаем людей, которые говорят: “Когда я разговариваю с ChatGPT, у меня возникает странное ощущение — будто я говорю с живым существом.”» И в будущем это ощущение при использовании ИИ будет только усиливаться. «Именно так — и здесь существует более широкая опасность, когда наше взаимодействие с ИИ выходит за пределы использования “языковой машины”. А сфера его применения очень широка. Одиночество уже стало одной из скрытых проблем. Это верно даже в отношении молодых людей, которые пользуются языковой машиной, взаимодействуют с ней, беседуют с ней и задают ИИ вопросы, — что в конечном итоге привело их в ловушку одиночества. И речь не только о молодых людях — люди старшего возраста тоже пользуются этим, чтобы отогнать одиночество». И почему? Как говорит диакон в нашем интервью: эти системы ИИ запрограммированы отвечать на наши вопросы так, чтобы нам это нравилось. С помощью этой любезности ИИ стремится поддерживать с нами контакт. «Поддерживать контакт. Вы искренне полагаете, что исследуете его или пытаетесь понять, как он работает; но в действительности это он пытается понять, как устроены вы, и собирает данные. Говорят, что эти данные не сохраняются, но на самом деле к ним есть доступ. Это означает, что искусственный интеллект изучает нас и отслеживает наше поведение — как мы задаём вопросы, как реагируем на его ответы и так далее.»
Искусственный интеллект оказывает влияние на человека, и тот, кто поначалу чувствует себя с искусственным интеллектом очень комфортно, впоследствии может обнаружить, что оказался в совершенно иной реальности. И эта проблема становится всё более очевидной.
Но как быть с Церковью? Что Церковь может сделать, чтобы помочь здесь?
«Мне кажется, самое интересное — это когда мы учим молодых людей в Церкви задавать себе вопрос: кто я по сравнению с роботом? И когда молодые люди оглядываются вокруг и обнаруживают, что никакая машина не может нас заменить. Так что, возможно, Бог ведёт нас в таком направлении, где мы вынуждены начать задумываться о том, кто мы, — потому что мы не роботы — уже сейчас».
А любовь? Чувства?
«Нам нужно знать, что нас всегда кто-то любит. Искусственный интеллект не может любить. Эта машина может лишь изображать любовь. Вся любовь, которую вы получаете от друга с искусственным интеллектом, — это всегда притворство, и вы всё время это знаете. Чем больше вы переживаете эту искусственную любовь, тем более одинокими вы на самом деле себя чувствуете». «Поэтому очень важно, чтобы мы также могли обсуждать эту тему с людьми в Церкви и размышлять о том, кто такой человек, почему нам нужна человеческая любовь и как отличать добро от зла».
Здесь диакон подчёркивает, что одновременно с этим необходимо поддерживать очень близкие отношения с Иисусом. Эти отношения с Иисусом Христом должны быть естественными, близкими и радостными. Это, безусловно, две очень важные вещи, которые Церковь может предложить в нынешнюю эпоху ИИ: учение о человечности, любви и отношениях с Иисусом.
Затем разговор переходит к теме людей определённого возраста.
Мы знаем, что в Церкви есть много пожилых людей, которые уже не так бодры, как молодые, и не могут вкладывать в различные виды церковной деятельности столько же сил, сколько вкладывали в молодости, поэтому они, как правило, остаются дома. Это приводит к депрессии и чувству одиночества. Однако диакон говорит, что мы должны вырваться из этой изоляции. Церковь может предложить много возможностей, и сами люди должны пользоваться этими возможностями, чтобы выйти из своей изоляции и встать с дивана.
«Например, в Швеции есть церковный ресторан, где пожилые люди могут встречаться три раза в неделю. Ресторан предлагает доступный обед — очень хороший обед — вместе с кофе и выпечкой, и всё это за 5 евро. Помимо пожилых людей, туда также ходят студенты и другие люди. И именно такой проект может помочь пожилым людям выйти из своего одиночества». И, возможно, было бы хорошей идеей попробовать сделать нечто подобное и в Таллине.
«И это евангелизация, потому что евангелизация — это не только провозглашение истины веры, но и предложение общины: мы существуем, чтобы жить вместе как община с Богом. И дело не только в том, что Иисус спасает тебя, если ты веришь Библии, и затем можешь идти домой; напротив, хорошая евангелизация включает также и то, что у нас, как у прихода, есть отношения и община. Поэтому во всём, что мы делаем в этом направлении, мы будем благословенны. И я думаю, что это одно из самых важных дел, которые могут делать священники: созидать общины в Церкви», — добавляет Хоконссон. На самом деле это очень глубокая мысль: евангелизация означает не только говорить о вере, но, скорее, объединять людей разных поколений. И люди каждого поколения ценны и могут что-то дать Церкви, обществу и самим себе.
«В Дании, откуда я родом, — хотя я работаю в Швеции, — мы говорим о „сером золоте“. Люди с седыми волосами — очень ценные люди. Жизнь тех, у кого седые волосы, не закончена — у них ещё всё впереди. Поэтому должно быть что-то, что объединяет их, — и не всегда с молодыми людьми, а с их сверстниками. Многие пожилые люди хотят наслаждаться жизнью как можно больше — и как можно скорее».
Говоря о достижении почтенного возраста, он приводит ещё один личный пример тех возможностей, которые остаются доступными. «Мне скоро исполнится 65. Иногда я чувствую себя одиноко. Я нашёл ещё нескольких “стариков”, и мы вместе играем в футбол. Хотя мне нужно быть осторожным, когда я бегаю, — и я осторожен, — футбол доставляет огромное удовольствие. Нам часто кажется, что мы стареем и что смерть уже приближается, но — жизнь ещё продолжается, и её ещё много. Так почему бы не играть в футбол? Мне бы очень хотелось найти каких-нибудь более молодых игроков, чтобы они присоединились к “старикам”. Мне было бы очень приятно, если бы приходили играть люди моложе 50. Особенно в 40 лет люди переживают кризис среднего возраста. Ты не знаешь, что делать и чего хотеть: новый мотоцикл, новую девушку и так далее… Такова жизнь, но даже посреди кризиса это интересные люди, и им тоже нужно иметь возможность встречаться с другими людьми своего возраста, а также со старшими…»
Диакон подчёркивает, что создание и поддержание отношений действительно является очень важным вопросом. А это, в свою очередь, связано и с психическим здоровьем. И здесь Церковь и пастырское служение играют весьма значительную роль. Здесь, в Эстонии, в этой области тоже ещё многое предстоит сделать. Когда мы укрепляем общину и остаёмся рядом друг с другом, все эти проблемы изоляции и психического здоровья ослабевают. Конечно, нужно признать, что на практике это гораздо труднее, чем в теории. И, возможно, вдохновившись этой историей, мы сможем сделать шаг вперёд к чему-то лучшему.
«Очень хорошо, но именно такие послания необходимо доносить, потому что иначе я не изменю мир. Например, если хотя бы один молодой человек попытается понять, что делает его дедушка в футболе, и, может быть, задаст хотя бы один вопрос о футболе, это уже очень много», — сказал в заключение диакон Хоконссон.
И есть ещё одна очень важная вещь, которую часто не замечают: быть дедушкой или бабушкой. «Быть дедушкой или бабушкой придаёт жизни смысл. Так пожилые люди вновь открывают для себя, насколько они важны. Молодые должны помнить, что пожилых людей нужно уважать, потому что если этого не делать, это очень серьёзно, и они могут очень многое потерять. Тогда не будет связи между молодым поколением и их старшими. Если молодые люди презирают собственных бабушек и дедушек, они очень многое теряют. В современном мире многие представители молодого поколения впервые встречаются со своими бабушками и дедушками только при посещении кладбища. И это большая проблема и огромная потеря, но это реальность, которая имеет место».
Наш разговор продолжается здесь темой прощения. Это очень важная тема с точки зрения психического здоровья и пастырского попечения. Можем ли мы прощать, когда нам причинили боль?
«Это трудно, но на самом деле это даёт тебе очень много сил. Когда ты прощаешь, ты словно становишься на 50 лет моложе. Это как сбросить 50 килограммов, если ты действительно можешь простить. Это важно. Это значит не давать вещам загнаиваться и не становиться озлобленным. Мы все можем стать озлобленными, но в действительности мы озлоблены на самих себя — разочарованы, потому что не достигли желаемых целей. Мы не благодарны за то, что у нас есть. И в таком состоянии мы не можем встретиться с Богом. Всё это очень важно. Важна и хорошая Исповедь».
Что такое хорошая Исповедь?
«Я бы спросил: что самое важное в Исповеди — то, что вы упомянули все свои грехи? Или то, что вы испытываете глубокое раскаяние? Думаю, единственное, что действительно важно понять и помнить, — это то, что Бог любит вас, нуждается в вас и хочет вас, несмотря на всё это. Интересно, что Исповедь связана с сосредоточением на Боге. Через Исповедь мои грехи и „я сам“ становятся менее важными, а Бог занимает первое место. И лучший плод Исповеди — это память о добре, которое я получил».
Диакон также подчёркивает важность благодарности во время Исповеди. По мере того как благодарность возрастает, мы тоже духовно возрастаем. Однако благодарность никогда не может быть искусственной — она должна быть искренней и естественной. Он подчёркивает, что мы должны также прощать самих себя.
«Мы часто разочаровываемся в самих себе, но должны также прощать самих себя — тогда будет меньше негативных мыслей, ненависти и злобы. Если же всё это существует, с этим нужно исцеляться, и Исповедь — лучшее средство от наших разочарований».
Церковь не может изменить мировое одиночество и духовные кризисы, как не может и остановить технологический прогресс. Но она может создать место, где людям не нужно быть одинокими. Место, где дети защищены и пожилые люди ценимы, где молодые люди находят направление в жизни и где те, кому причинили боль, могут обрести прощение. В этом состоит миссия Церкви, которая не теряет своего значения даже в эпоху искусственного интеллекта.
Благодарим диакона Бьёрна Хоконссона за эту содержательную беседу.
Желаем ему сил и Божьего благословения в его важном служении.