Некоторые молодые люди спрашивали меня, стоит ли сегодня вообще создавать семью в условиях потепления климата и столь многих войн, делится епископ Католической Церкви Филипп Журдан.
Недавно, читая прессу, я открыл для себя новое слово: танатофилия. Танатос в Древней Греции был олицетворением смерти или богом смерти. Танатофилия — это настойчивая тяга к смерти, которая растёт в нашем обществе и понемногу пожирает нашу внутреннюю энергию: мы постоянно сталкиваемся с новостями, которые говорят нам о смерти и тревоге, наша планета умирает, наша демократия умирает, наша свобода умирает, наша религия умирает, наш народ умирает. Этот перечень можно продолжать долго.
Окружающая мрачная тревога постепенно овладевает нами, и мы чувствуем себя так, словно живём на кладбище. Некоторые молодые люди спрашивали меня, стоит ли сегодня вообще создавать семью и заводить детей в условиях потепления климата и столь многих войн, ведь им потом придётся жить в таком ужасном мире.
Я также слышал, что многие люди сейчас покупают недвижимость подальше от Эстонии из страха, что война скоро придёт в Эстонию. В такой атмосфере, где стремление к жизни в целом слабо, неудивительно, что конец жизни многим кажется освобождением от печальной судьбы и бессмысленной жизни.
Мне приходилось общаться с людьми, которые говорят мне, что они не боятся ни болезни, ни боли, но не хотят быть бременем для своих близких. Другие тоже не боятся ни болезни, ни боли, но у них нет семьи, и они не хотят зависеть от чужого человека, который не является их родственником. Если у человека есть семья, он не хочет жить, чтобы не быть обузой для семьи. Если у человека нет семьи, он тоже не хочет жить и зависеть от чужого человека.
Наша медицина и система здравоохранения настолько развились, что чаще всего мы не боимся ни болезни, ни боли. Но есть нечто, чего наша система здравоохранения не может и никогда не сможет нам дать, и это — желание жить! Жить осмысленно. Этого нам не даст никакая система, какой бы развитой она ни была.
Паллиативная помощь, которая постоянно развивается и которую нам следовало бы ещё гораздо больше развивать в Эстонии, может многое нам предложить, но она не придаёт жизни смысла. Воля к жизни, смысл жизни приходят из другого источника: они приходят из общества, они приходят от других людей, перед которыми и ради которых мы живём, они приходят из наших семей.
Апостол Павел сам говорит: «Для вашей радости и преуспеяния в вере я останусь во плоти». (Флп 1:25) Самый прекрасный способ смотреть на свою жизнь и смерть — это мысль: ради вас я останусь жить, что противоположно тому, что приписывают немецкому философу Мартину Хайдеггеру: «каждый человек рождён, чтобы умереть». В такой перспективе старость — это прежде всего постепенная утрата возможностей и выбора.
Папа Римский Иоанн Павел II, когда он был уже в преклонном возрасте и в очень плохом состоянии здоровья, написал очень прекрасное послание пожилым людям, в котором делится своим личным опытом, а также пытается объяснить ценность и значение преклонного возраста и старости не только для человека, но и для всего общества. Он говорит следующее: «Учитывая всё это, признаки человеческой слабости, явно связанные с преклонным возрастом, становятся призывом к взаимозависимости и необходимой солидарности, объединяющей разные поколения, поскольку каждый человек нуждается в других и может обогатиться дарами и харизмами всех».
Иногда мне кажется, что старость — это словно последняя запретная тема, о которой мы не хотим говорить, потому что боимся её, хотим отодвинуть её как можно дальше или даже полностью избежать, а то и вовсе заменить её смертью, небытием. Мы готовы преодолеть все табу и говорить обо всём, включая нашу интимную жизнь, но говорить о собственной старости — это последняя запретная тема.
И поскольку мы не хотим об этом говорить, мы так мало готовы это прожить, когда придёт это время. Если учитывать, что как эстонское общество, так и весь мир сейчас стареют довольно быстро, нам больше чем когда-либо нужно говорить о старости и не отстранять эту тему в сторону, потому что нам стыдно или мы не хотим, чтобы кто-то видел нас, когда мы уже не продуктивны и не самостоятельны.
Как подготовиться к старости? Как в старости найти смысл для себя, для своей семьи и для всего общества? Как сохранять качество своей жизни не только физически, но прежде всего духовно, потому что человек — это душа и в любом возрасте нуждается в том, чтобы придавать своей жизни духовное качество. В стареющем мире этот вопрос становится всё более важным. Стареющий мир становится всё более безобразным, если не способен найти для себя красоту и смысл.
Папа Римский Иоанн Павел II однажды шутливо сказал, что чем старше я становлюсь, тем больше молодые люди побуждают меня оставаться молодым. Возможно, это шутка, но она отражает сотрудничество между старшими и младшими, которое может сделать весь наш мир прекраснее и человечнее. И когда к нам приближается конец жизни, стоит ещё раз вспомнить слова святого Папы о том, что вера освещает трудную тайну смерти и приносит в старость спокойствие, которое теперь уже не воспринимается и не проживается пассивно как ожидание беды, а скорее как исполненное обетования приближение к полноте зрелости!
Филипп Журдан
Источник: Postimees — PHILIPPE JOURDAN ⟩ Мы скорее открыто говорим о своей интимной жизни, но не о старости (postimees.ee) (Опубликовано с разрешения Postimees)
Фото: Pinterest.