Сейчас шесть часов двадцать две минуты утра. Утренняя Месса. Я стою перед алтарём и понимаю, что должен сделать то, о чём только что говорил: пожелать людям мира и добра — подойти к ним, передать пожелание мира и поделиться с ними миром и любовью. Ноги больше не слушаются меня. Не от усталости, а от чего-то другого. Я улыбаюсь этой мысли. Я вижу, как люди выходят из-за скамей, чтобы лично пожать друг другу руки. Я иду к ним. Несколько минут спустя Месса заканчивается. Экстремальный Крестный путь позади. Конец пути.
Мы возвращаемся на двенадцать часов назад.
Предыдущим вечером всё начинается как обычно — с Мессы в баптистской церкви Кейла. Местные пасторы привыкли нас принимать, потому что в городе Кейла нет католической церкви, и баптисты любезно открывают нам свои двери каждый год. Наша группа собирается понемногу, около двадцати человек: кто-то сосредоточен, кто-то немного напряжён — все чувствуют, что впереди трудная ночь. В половине восьмого вечера мы отправляемся в путь.
По сравнению с предыдущими годами темнеет раньше. Солнце уже село — впереди только дорога и тишина вокруг. Мы идём молча, и в этом молчании есть что-то правильное. На первой остановке я смотрю на людей и чувствую нечто вроде гордости. Семь лет назад, когда мы только начинали, я думал, что мы пройдём маршрут один или два раза, а потом всем это надоест. Но вот мы снова здесь. Половина из нас — новые люди.
Среди них — 16-летний Каспар. Он пришёл просто потому, что услышал объявление в церкви. Никто его не уговаривал, никто не направлял его сделать это. Он услышал — и пришёл. Рядом с ним Артур; он на несколько лет старше и приходит во второй раз. В прошлом году он был среди самых сильных на маршруте, и мне показалось, что у него слишком много энергии. Он пришёл снова, потому что ощутил связь между физическим и духовным и захотел ещё раз уловить то состояние, когда в уставшее тело внезапно приходят самые ясные мысли. А Эне (76 лет) идёт уже в седьмой раз. Те же дороги, те же леса, но каждый раз она находит что-то новое. Она приходит, чтобы услышать голос Господа в тишине и в текстах для размышления. И многие другие. У каждого — своя история…
В эту ночь стоит прекрасная погода. Те, кто уже ходил раньше, помнят дождь, снег, заледенелые лесные тропы и болота. Сегодня вокруг спокойная тишина, нет ветра. Достаточно тепло, чтобы снять куртку. Мы идём дальше.
В знакомом месте меня ждёт неожиданность: уже семь лет здесь, у забора, нас всегда встречала лошадь. На этот раз там никого не было. Я замечаю в себе лёгкую тревогу: неужели что-то подходит к концу? Но через десять минут я вижу другую лошадь на соседнем хуторе — живую, бодрую, бегающую в темноте. Старое уходит, новое приходит. Каждый раз Господь предлагает что-то иное — главное, не цепляться за то, что уже прошло.
Группа движется быстро — возможно, даже слишком быстро. Впереди напирает более выносливая часть группы. Я иду немного позади и замечаю, что у Каспара в руке чётки. Хорошее решение. В долгих паломничествах, когда разговоры стихают, а тело движется словно автоматически, молитва становится самым естественным занятием. Я и сам всегда советовал именно это.
Перед полуночью — остановка в лесу. Смотрю на часы: 23:30. Мы опережаем прошлогодний темп на сорок минут. Молитва, еда, несколько минут тишины. А потом — снова в путь.
Приходит сообщение: больше никто не может идти дальше. Мозоли, усталость, тело сказало «стоп». Я желаю доброй ночи — но мы продолжаем идти. Половина пути уже позади. Усталость уже не острая, а глубокая, осевшая в мышцах. Позже Артур точно скажет: самый драгоценный момент — это когда внешний и внутренний шум сменяется тишиной. Я понимаю, что он имеет в виду. Навязчивые мысли, которые обычно кружатся у меня в голове, куда-то исчезают. Остаётся только дорога — и то, что действительно важно.
Мы входим в леса Харку в Таллине. Темно. В нашей группе четыре человека. Никто не говорит — мы просто идём, и каждый думает о своём. Позже Эне скажет, что в этом году её больше всего затронула одна мысль из текстов: «Совлекитесь ветхого человека и облекитесь в нового человека». Простая фраза и одновременно совершенно непостижимая. Меняюсь ли я? Чувствую ли разницу? Возможно, нет. Но некоторые перемены происходят сами собой, без нашего ведома.
Парк Глена. Знаменитый дракон-крокодил — обязательное фото на маршруте. До Собора святых Петра и Павла в Таллине ещё около двух часов пути. Здесь есть важная точка: я дошёл досюда. Мы дошли досюда. Вместе — даже если между нами растянулся промежуток в целый час.
А затем — Nõmme Road. Почти три километра по прямой, без поворотов, без ориентиров. Конца не видно. Именно здесь Каспар признался себе, что хочет позвонить домой и попросить, чтобы за ним приехали. Искушение простое и понятное: ты уже прошел сорок километров; эти последние уже ничего не решают. Но он выстоял. Как выстояли все, кто дошел до конца, потому что в этом и смысл. Не в километрах, а в решении сделать последний шаг, когда разум уже нашел тысячу причин остановиться.
Тоомпеа. Подъем к Александро-Невскому собору — обычно я его почти не замечаю. Сегодня он ощущается в каждом шаге. Последняя остановка. Тексты призывают нас пожать руку ближнему и поблагодарить его за то, что он рядом. Сил почти не осталось, да и особого желания тоже. Но люди сами начинают протягивать руки, и мы их пожимаем. В молчании. Без слов.
До нашего Собора святых Петра и Павла в Таллине остается еще несколько сотен метров вниз по склону. Второго дыхания уже не будет. Но есть нечто иное: ясное, спокойное чувство, что мы сделали это вместе.
А затем — утренняя Месса. Я смотрю людям в глаза: невероятная усталость и вместе с тем нечто тихое, твердое — понимание, что все это было не напрасно. Мне почти не нужно произносить проповедь. В этом нет необходимости. Обо всем уже сказали ноги, ночь и молчание.
Для чего всё это? Это не спортивное соревнование. Не для того, чтобы почувствовать превосходство над теми, кто остался дома. Каспар вспомнил одну мысль из текстов для размышления, которая была важна и для меня: если во время этого Крестного пути ты не изменился, значит, это была просто прогулка. Мы шли, чтобы почувствовать не силу, а слабость. Потому что именно в слабости — не в молитве дома, не в удобном кресле, а где-то на ночной дороге с ноющими ногами — ты по-настоящему понимаешь, как сильно нуждаешься в Господе Боге. И начинаешь ценить не мгновения триумфа, а именно те минуты, когда уже не на что опереться, кроме веры и плеча того, кто идёт рядом.
отец Игорь
Фотогалерея: https://photos.app.goo.gl/RQ798uxjkTUpsPko9